Сергей Маковецкий – из жизни обычного и необычного человека

Все мы знаем Сергея Маковецкого как выдающегося актера, лауреата множества престижных премий, народного артиста и всеобщего любимца. Сейчас, когда все эти достижения занесены в послужной список, а за плечами 60 лет жизни, все кажется само собой разумеющимся. А ведь все могло бы быть иначе, если бы не…

Если бы не тяжелое детство, в котором будущего артиста растила одна мать в маленьком поселке под Киевом. Отец оставил своему наследнику лишь отчество – Васильевич, и был таков. Умение доить корову и справляться с домашним хозяйством, возможно, и не пригодилось Сергею на подмостках театров, но в далеком детстве это было необходимостью и средством к существованию. Корову эту, кстати, Сергей до сих пор вспоминает и не раз рассказывал о ее крутом нраве и любимой забаве – лягнуть копытом по ведру именно в тот момент, когда оно наконец-то было наполнено до краев. Еще одним судьбоносным в масштабах детства был тот факт, что Сергея не приняли в пионеры (в те-то годы!) по весьма несуразной причине – уехал с мамой к родственникам на Пасху.

А еще он не стал бы актёром, если бы не собирался им стать в юности. Лихо, да? Все верно, Маковецкий грезил о спортивных трофеях и намеревался стать чемпионом. Сначала в фигурном катании, потом в легкой атлетике, а затем вообще переключился на водное поло. Здесь лукавить не будем, именно в этом виде спорта он бы действительно смог добиться успеха, и по новостям бы нам сейчас рассказывали о великом Маковецком Сергее, но не актере, а ватерполисте. Его действительно рассматривали как кандидата в сборную Украины, он демонстрировал хорошую выдержку и выносливость, и даже героично перенес инцидент на чемпионате, когда противник стянул с него плавки. В тот момент судьбоносным оказалось решение мамы, которая не могла выносить вида постоянно красных от хлорки глаз и изнурительных тренировок. В один момент Сергей оставил тренировки и решил стать актёром.

В чем убедился на призывной комиссии. Да-да, столичные театральные ВУЗы больше переживали о том, что его в любой момент могут забрать в ряды, причем этот страх был выше оценки творчества. Но Маковецкому все же поверили, и Станиславский аплодировал бы стоя – в призывной комиссии поверили в симуляцию неизлечимой болезни, и от призыва освободили. А может и не поверили, и решили уступить, пожертвовав одним бойцом для народного искусства.

И вернемся к нашим «если бы не». Так вот если бы не его упорство. По провинциальному простодушию Маковецкий, оказавшись в Москве в надежде стать актёром, встретил, прежде всего, не педагогов, а цыган, которые искусно выманили у добряка все сбережения. Многие бы в такой ситуации, поджав хвост, вернулись бы домой, но не Сергей. Он перебивался на вокзалах и в подъездах, пока ему не выделили жилье после зачисления в училище.

Среднестатистическая биография многих советских актеров имеет приблизительно такой характер: «вырос в семье интеллигентов, после школы поступил в театральный…», и никакой интриги, все как по маслу. Не будем ни в коем случае умалять чей-то талант, этот пример был приведен скорее для контрастности судеб и человеческой воли. А ее у Маковецкого действительно не отнимать, как и таланта, упорства и трудолюбия. Многие наверняка и о своей жизни думали не раз, как бы она сложилась, если бы не…? Хорошо, что у Сергея Васильевича она сложилась именно так, тяжело представить современную театральную жизнь без его неоценимого вклада.